Статьи

Воспоминания и реминисценции – два аспекта темы, которую мы будем сегодня рассматривать. Они не противоречат друг другу, поскольку и в том, и в другом случае речь идет об одной и той же составляющей человеческого сознания – о памяти. Таким образом, мы рассмотрим два вида памяти.

Нас не устраивает беседа о памяти в общем, мы должны уточнить, что есть разные ее формы: одна, более конкретная, более распространенная и повседневная, – это «воспоминание», и другая, более тонкая, которую труднее определить, – «реминисценция». Обе они представляют собой память, которая в итоге для одних является удивительной способностью и истинным благословением, для других – проклятьем, от которого они готовы бежать куда угодно, для третьих – чем-то малоинтересным, а для философов это, наверное, самое привлекательное, что есть в человеке. Память охватывает все области без исключения: мы встречаемся с ней и в эмоциональном, и в ментальном мире, включая высоты нашего духовного мира.

Когда, путешествуя по Индии, мы приезжаем в Шимлу, мы знакомимся там с легендой о Ханумане.

Хануман — сын бога ветра Ваю и заколдованной богини Анджаны, имевшей облик обезьяны.

Еще в детстве, увидев Солнце, он не признал в нем бога Сурью, а принял его за яблоко и попытался откусить кусочек. Разгневанный бог Индра бросил в него свою ваджру и сломал ему челюсть («Хануман» — «Имеющий разбитую челюсть»).

Поговорим об опьянении и трезвости. Нет, это вовсе не воспоминания о последствиях новогодней ночи или затянувшихся январских каникул, скорее, осмысление идей различных религий, а также опыта Дон Кихота и Одиссея. В Буддизме и Исламе есть запрет на употребление одурманивающих напитков и т.п., и хотя речь, на первый взгляд, идет о вполне известных веществах, суть глубже. Узнаете: фокус внимания сужается, не позволяя воспринимать всю широту и глубину ситуации, эмоции и сознание в целом отрываются от реальности, стимулируясь чем-то изнутри, и погружаются в область фантазий, действия становятся хаотичными и бессмысленными, я утрачиваю адекватность и идентичность, а также способности самоконтроля и самосознания… И при этом я считаю, что я в норме, и не прочь еще по одной.

Термин «культ» происходит от латинского «colere», что означает «возделывать», «культивировать». Он имеет общий корень с такими терминами, как «культура» и «агрикультура». Первоначально это слово связывалось с почитанием и поклонением богам и вознесением им молитв. До 19-го века оно не имело негативного оттенка и во всех ведущих религиях мира, включая христианство, означало различные религиозные практики. Вспомним, к примеру — «культ святых».

Порожденный человеком искусственный интеллект все активнее заменяет самого человека в самых разных сферах жизни. Это происходит с такой скоростью, что естественным образом вызывает опасения: а не заменит ли он человека полностью? И не пострадает ли в результате столь бурного развития ИИ сам человек?

Вопрос этот уже рассмотрели с самых разных точек зрения: информационной, экономической, социальной и даже политической. Мы же с вами посмотрим на него с точки зрения философской. И поможет нам в этом предварительное размышление над двумя другими, не менее важными вопросами: кто такой человек и может ли творение превзойти творца?

И в то же время по жизни нас сопровождают желания, страсти, недостатки и достоинства, всеобщие и вечные страхи, присущие любому человеку во все времена.

Древняя легенда рассказывает, что на дне реки Амур живет Черный дракон. Когда-то он победил злого Белого дракона, который мешал людям рыбачить, топил лодки в реке и нападал на все живое. Победитель остался жить на дне реки в районе Хинганских щёк (на границе Амурской и Еврейской автономных областей). С тех пор Амур и называется рекой Чёрного Дракона. Его «хвост» — в степях Монголии и Даурии. Две левые «лапы» дотягиваются до самого Станового хребта, это притоки Амура — Зея и Бурея, а две правые «лапы» — притоки Сунгари и Уссури. «Голова» Дракона упирается в Охотское море, и он «пьёт воду» из Татарского пролива. Длина «тела» Чёрного Дракона от «хвоста» до «головы» более 4500 км.

Лекция, прочитанная в Мадриде в 1979 г.

Делия Стейнберг Гусман (Д.С.Г.): Наш первый вопрос очень прост и подсказан названием темы, которую Вы выбрали для беседы. Материализм и идеализм. Считаете ли Вы, что это противоположные понятия?

Хорхе Анхель Ливрага (Х.А.Л.): Сначала нам надо хотя бы кратко определить, что такое идея и что такое материя.

Жила-была на свете маленькая сотовая вышка. Поставили её на окраине города, который жил своей бурлящей жизнью, переходящей в дневную суету, а по ночам город отдыхал от неё, гасил лишние огни, погружаясь в сонную дремоту. Но даже ночью маленькая сотовая вышка не спала, ей не давали уснуть постоянные звонки людей, ищущих друг друга, просящих о помощи, ссорящихся или говорящих о любви. В каждую секунду вышка была вынуждена пересылать мегабиты информации, чтобы люди могли узнать последние новости, прогноз погоды или погрузиться в омут соцсетей.

Путь философии долог, но не суров. Это путь поиска, путь постоянного обучения. Для нас философ – это искатель, тот, кто любит мудрость, тот, кто задает себе вопросы о жизни и пытается найти на них ответы. Ответы, которые действительно могут быть полезными, чтобы пусть немного, но приблизиться к пониманию смысла жизни.

Сегодня нас собрал вместе один вопрос: как строить наше будущее? И сам вопрос уже несет в себе утверждение: будущее можно строить.

Статья опубликована в журнале "Заметки о культуре", № 285, в октябре 1999 года.

Если пристально вглядеться в историю, иногда кажется, что некий великий дирижер указывает, когда нужно вступать какому-либо инструменту или голосу. Мы полагаем, что исторические события не случайны, что все сущее подчиняется тайному, глубокому ритму.

У быстрого чтения есть свои преимущества – оно экономит время, когда нам не хватает часов в сутках, а объем, который нужно прочесть – сумасшедший, или когда читаемое не многим интереснее телефонного справочника.

И всё же проблему быстрого чтения можно коротко описать словами остроумного актёра и режиссёра Вуди Аллена: «Так я читал «Войну и мир». Эта книга – о России». Замечательный пересказ книги, в которой 1200 страниц.

Поразил один эпизод недавно прочитанной книги. В ней человек вспоминает школьных друзей и их таланты: один гений в математике, другой талантливый спортсмен, другая великолепно играла на фортепиано. А он — «никакой», «бесцветный» и никому не интересный. Через много лет человек вернулся в родной город, чтобы, наконец, узнать, почему друзья перестали с ним общаться. И хотя вся книга об этом, запомнилось, как это бывает, другое. Его бывшие друзья при встрече рассказали ему, что вся их дружба держалась на его спокойствии и хорошем внутреннем состоянии, которым он заражал, как потом выяснилось, их всех; тем, что он вносил внутреннюю гармонию во всю компанию. Благодаря этому они и были вместе, делали хорошие дела. Его, кстати, и девушка прекрасная тайно любила.

Не так давно я вспоминала один из эпизодов, который произошел со мной в 8 классе на уроке географии. Мы изучали горы и горные цепи, и в какой-то момент учительница начала нам рассказывать про «дыхание гор».

С точки зрения научного обоснования все вполне логично и объяснимо: из-за перепадов температуры и давления воздух движется внутри горных пород, создавая ощущение, что гора «дышит». Но я очень четко помню свои мысли и ощущения на тот момент: мне казалось настоящим чудом то, что царство минералов, которое (как было написано в учебниках, и нам рассказывали на уроках) принято считать «неживой природой», на самом деле может жить совсем по другим законам. А что, если горы живые? А что, если очень многое из того, что мы знаем, на самом деле является чем-то иным? А что, если...?

Человек мечтал о создании машины времени с момента зарождения научной фантастики.

Но что, если я скажу вам, что машина времени доступна каждому, и более того – она потребляет куда меньше энергии, чем обычный смартфон?

Я говорю о книгах, а именно о книгах в жанре исторического романа. При этом они не только машины времени, но и машины сознания, поскольку способны проецировать наше сознание в тело, жившее в иные времена и в других местах.

Сегодня День смеха, или День дураков отмечают по всему миру шутками, розыгрышами и веселыми историями. При этом мало кто знает, что история этого праздника очень древняя, а значение — глубокое. В определенном смысле даже философское. Давайте разберемся.

«Они были заперты в комнате без еды и воды и не знали, как и когда смогут выйти на свободу». Звучит довольно устрашающе, не правда ли? Особенно когда мы представляем, как злобный босс издевается над сотрудниками, или террористы захватили заложников. Но что, если это описание ситуации популярного сегодня квеста в жанре «Побег из комнаты»? Тогда всё обретает совершенно иной смысл. Ради развлечения и острых ощущений люди не только добровольно соглашаются быть запертыми, но ещё и платят за это.

В Древней Греции искусство танца находилось под покровительством музы Терпсихоры. И само имя музы несло в себе отпечаток ритма и гармонии:

«Терпсихора и танец не были выдуманы древними греками ради развлечения и времяпрепровождения. Муза и танец — это результат вдумчивого созерцания Природы, где всё движется в ритме, согласно неписаным законам» (Делия Стейнберг Гусман).

Мы вместе отдыхали: компания случайно неслучайно встретившихся людей. Самая молодая из нас начала жаловаться на родственников мужа. Ей с ними плохо, они ее постоянно пытаются «уколоть», критикуют то, как она живет, как кормит дочь и мужа и так далее. «Токсичные», как часто можно услышать от молодых людей про такие отношения или про кого-то.

В нашей дружной компании была психолог, они сейчас, кажется, есть в любой компании. Она посоветовала «сепарироваться» от неприятных людей и убирать их из своей жизни. Потому что общение с ними вредно для психики. А мужу объяснить, в чем неправы его родственники, и что он должен заботиться о жене и молодой маме и поддерживать ее. Оказывается, это такой подход современный — устранять из своей жизни неприятных, «токсичных» людей и отношения с ними. Ради собственного психологического комфорта.

Говорили про одиночество — и представилось… Сначала — «грустное» одиночество, когда была одна и было так тоскливо. А вслед за этим — когда тоже была одна и было хорошо наедине с собой: когда делала философские упражнения, читала, что-то писала в своем дневнике или долго сидела и смотрела на воду…

Разные такие одиночества, даже представила их: Пустое и Полное.

В полном много чего-то важного. А в пустом — только я, снова я и мои «грустности».

Не нам, Господи, не нам, но во славу Имени твоего.

Погрузившись в ностальгическую грезу, давайте перенесемся в прошлое, чтобы проснуться на священной земле Иерусалима и с восторгом созерцать, как свет солнца оживляет христианские церкви, арабские мечети и еврейские синагоги — свидетельства истинно Единого Неба.

Король Балдуин II восседает на троне, снисходительно взирая на рыцаря, который лязгая доспехами, под звуки труб преклоняет перед ним колено, заставляя скрежетать каменные плиты. Это весеннее утро благодатного 1118 года, а рыцаря, склонившего голову, зовут Гуго де Пейн. За ним отливают сталью глаза Годфруа де Сен-Омера, а в нескольких шагах позади еще семь рыцарей, чьи имена написаны на лезвиях их мечей: Годофредо Бисуа, Годофредо Роваль, Пайен де Мондидье, Аршамбо де Сент-Аман, Андре де Монбар, Фульк д'Анже и Гуго I, граф Шампанский [1].